Сочинители сверхвеличия

[snowman_fedya]

(c) Владислав Исаев via awas1952

Благородный Брут говорил вам,

что Цезарь был честолюбив.

(c) У. Шекспир «Юлий Цезарь»

Борцы со сталинизмом говорят нам, что Сталин был коварным властолюбивым интриганом. Если это так, тоэто очень печально. Но если это так, мы должны признать за ним гениальную прозорливость. Поскольку только гений мог в начале его политической карьеры, более чем за 20 лет до Октябрьской Революции, разглядеть в крошечной РСДРП, количество членов которой на тот момент исчислялось десятками, ту силу, которая в итоге захватит власть. И предпочесть трудный и рискованный путь сквозь остроги и ссылки верной и надёжной для столь коварного интригана карьере в Церкви.

Борцы со сталинизмом говорят, что Сталин был кровожадным садистом. Если это так, то это очень печально. Но тогда мы должны признать за ним величайшую силу воли, ибо свою маниакальную жестокость он прекрасно умел подавлять. Не вступил в гораздо более сильную в то время (да и почти 20 лет после этого) партию эсэров, практиковавшую индивидуальный террор, наводивший ужас на страну, а пошёл обходным путём, через организацию стачек и распространение прокламаций, в надежде когда-нибудь получить такую власть, которая позволит ему оторваться по-полной. Принимал участие в двух решениях об отмене смертной казни (сразу после Революции и в 1946 году), уже обладая полнотой власти, был среди тех, кто объявил амнистию проигравшим в Гражданской войне, вместо массового уничтожения коллаборационистов после Великой Отечественной ограничился для многих из них минимальным сроками, а то и высылкой. Да, этот маньяк умел держать в руках своих демонов.

Борцы со сталинизмом говорят, что Сталин был чудовищем, ненавистником русского народа, ведшим страну в пропасть. Если это так, то это очень печально. Поскольку если это так, то получается, что все его невинные жертвы были слепцами, глупцами, трусами, или ненавидели русский народ не меньше, чем он. Ведь они не хотели его свергнуть и убить. Ведь если бы они хотели это сделать, то они не могли бы уже считаться невинными жертвами — во всяком случае, по тогдашним законам.

Борцы со сталинизмом говорят, что Сталин был бездарным управленцем, ни черта не смыслил в экономике и стратегии. Если это так, то это очень печально. Но тогда мы должны признать, что он построил самое настоящее Идеальное Государство, которое даже под столь неумелым управлением выбралось из разрухи Мировой и Гражданской войн, в условиях мирового экономического кризиса и жёстких эмбарго смогло совершить мощнейший рывок в промышленности и науке, выстоять перед ударом силы, до этого поработившей и поставившей под свои знамёна всю континентальную Европу. И это тем более удивительно, если учитывать, что после смерти Сталина это Идеальное Государство рухнуло меньше, чем за 40 лет, при том что им управляли последовательно три правителя, два из которых нам больше всех рассказывали о бездарности Сталина.

Борцы со сталинизмом говорят, что Сталин был параноиком, главной целью которого было удержание собственной неограниченной власти. Если это так, то это очень печально. Но если это так, то мы должны заключить, что он был очень наивным и доверчивым человеком. Потому что тот, кто больше всего трясётся за свою власть, окружает себя безыдейными тупыми и трусливыми исполнителями. А он сумел собрать вокруг себя людей, которые всего за пять лет после его смерти совершили три государственных переворота, каждый из которых сопровождался ещё и довольно сильными изменениями во внутренней и внешней политике.

Борцы со сталинизмом говорят, что Сталин был ничтожеством, «блестящей посредственностью». Если это так, то это очень печально. Ибо получается, что наш народ и не заслуживает ничего лучшего — он не только не смог выдвинуть конкурентоспособную альтернативу и отстоять её, но и сейчас, после многих лет активного разъяснения чудовищности сталинизма, до сих пор полностью не отрёкся от этой пустой и ничтожной идеи. Это вдвойне печально, ибо никому из великих, ярких, мудрых, благородных, наделённых властью и вершивших судьбы мира не удалось оставить такую идею. Никому сейчас не приходит в голову бороться с голлизмом, рузвельтизмом, черчиллизмом, ленинизмом, горбачёвизмом или рейганизмом, бонапартизмом или цезаризмом, саванаролизмом, кальвинизмом или даже бушизмом столь яростно, как борются тысячи людей со сталинизмом. И это после оттепели и перестройки, после травли 1990-х, после всех усилий Гёббельса и шести десятилетий направленной пропаганды ЦРУ. Гитлеризма нет, развеялся вместе с дымом во дворе Рейхсканцелярии, а сталинизм всё ещё представляет собой нечто, что не даёт людям покоя, побуждая их снова выходить на Священный Бой. Ну разве что дарвинизм порождает схожие эмоции, но у значительно меньшего числа людей.

(c), напоминаю, Владислав Исаев

Comments

[m61.livejournal.com]

Борцы со сталинизмом говорят, что Сталин был чудовищем, ненавистником русского народа, ведшим страну в пропасть. Если это так, то это очень печально. Поскольку если это так, то получается, что все его невинные жертвы были слепцами, глупцами, трусами, или ненавидели русский народ не меньше, чем он. Ведь они не хотели его свергнуть и убить. Ведь если бы они хотели это сделать, то они не могли бы уже считаться невинными жертвами — во всяком случае, по тогдашним законам.

Прелестный образец уловки 22, ага. :)

[sashov.livejournal.com]

Первый абзац тоже довольно странный. Даже двумя моментами, частным и общим.

Первое, что глуповато смотрится, это мысль о церковной карьере как хорошем пути для выдающегося властолюбия. Власть даже первого человека в Русской церкви (что там, даже патриаршества тогда ведь не было!) - была очень и очень скромной. Крайне далека от даже отдаленного сопоставления с верховной властью в стране, по крайней мере в нормальном для властолюбца светском понимании слова власть. Если так себя ограничивать и хотеть властвовать хоть над кем-то, не стремясь к масштабу, проще быть главарем небольшой банды, кем Сталин в какой-то мере как раз был, надо понимать. Ну и даже если ставить на карьеру в церкви, это ж надо еще и в ней шансы иметь, а там всё же и критерии особые, на одном властолюбии не выедешь, не говоря уж о том, что может быть ему вообще там не нравилось находиться. Да и всю дорогу быть ниже обычного дворянина (увы, положение духовного сословия тогда было примерно таково).

Ну и в общем тоже никуда не годится мысль, что властолюбец должен пытаться вписаться в уже существующие структуры и стараться прошмыгнуть там наверх тихой сапой. По многим причинам. Это и недостаточно величественно, начнем с того. И прикидывая реальные шансы - разумно - не знаю, как можно надеяться, что тебя впустят так легко, а уж дойти до верха... Пишут, что Гапон надеялся стать царем. Надеяться, конечно, было можно, но в общем, идея не очень разумная - да и Гапон-то тоже через революцию своего рода, не законным же наследником!

В общем, странновато, и так вот сразу, с места в карьер. Многовато натяжек. Что, конечно, не доказывает противоположных утверждений, но.

[sashov.livejournal.com]

Да и вообще замечаю последнее время у сталинистов натяжек печально много. Это несколько... пугает, что ли, наводит на мысль о возобладании эмоции над разумом. Причем, не знаю, как в источнике, но у моих непосредственных знакомых, это что-то вроде явно искреннего заблуждения, но в достаточно запущенном состоянии (у меня знакомые всё больше ученые мужи, более или менее, хотя бы в прошлом, и уровень критичности у них должен бы был быть на порядок выше в ситуации без допинга).